Тысяча дней Анны Болейн

Б о л е й н. У нас тут все готово?
Елизавета. Готово, Томас.
Б о л е й н.. По-моему, король уж здесь, и можно начинать. Елизавета. Мы ждем.

Болейн направляется влево в глубину сцены и загляды­вает в щель между полотнищами занавеса, затем возвращается и становится за стулом жены. Входят трое мальчиков певцов и располагаются возле музыкан­тов. Слева появляется король Генрих с ворохом ис­писанных Листов в руках. Женщины встают и делают ре­веранс. Вслед за королем входит Вулси и останавливается поодаль.

Г е н р и х. Сегодня я пришел не как король. Когда-то кто-то – я не помню кто – сказал, что, мол, мои стихии музыка из рук вон плохи, и я был этим больно уязвлен. Но после понял, что единственный ответ на это -писать великие стихии музыку под стать стихам. Поскольку в жизни у меня есть повод для страданий, а песня -плод душевных мук, немудрено, что эти все напевы ко мне явились ночью,
В часы бессонницы. Поднявшись с ложа, я их записывал. Так у меня родилось много песен. И эта – лишь одна из них. Не знаю, можно ли ее назвать великой, но в ней на­шли свой выход чувства, которые мне рвут на части сердце: И боль утраты и смертная тоска разлуки. Вот, судари, вам ноты. Играйте, пойте так, как тут написано; петь надо на печальный лад, поскольку песня выражает горе.

Раздав ноты, король садится в кресло. Музыканты быстро просматривают свои партии, после чего первый скрипач постукивает смычком по скрипке, призывая коллег к вни­манию, и они начинают играть. Вулси становится за креслом короля.

Певцы. Увы, увы,
как грустно мне.
Виною вы,
что грустно мне.
Я так грущу, я так хочу
вас повидать наедине,
вас повидать наедине!
На сердце боль,
на сердце боль
Такая боль, что нету сил.
Разлука свей – на рану соль,
мне белый свет, увы, не мил. Мне белый свет не мил!

Певцы уходят вправо. Генрих подходит к Анне.

Г е н р и х. Теперь они сыграют сара6анду, написанную тоже мной. Вы разрешите, Нэн, вас пригласить на танец?

Анна несколько мгновений сидит с опущенными ми глазами, потом молча встает и подает руки для танца. Звучит музыка, и они танцуют первые па сарабанды. Затем сцена постепенно погружается в темноту – освещёнными остаются лишь лица Генриха и Анны. Музыка теперь играет пианис­симо, и на ее фоне нам хорошо слышны их голоса. Они вскоре перестают танцевать, и теперь мы видим только их
неподвижные лица в медальоне света.

Анн а. Нортумберленд мой мертв.
Г е н р и х. Я не приказывал его убить.
Анн а. Вы только приказали Перси жениться на другой – и этим вы его убили.
Г е н р и х. Но я не мог ему позволить взять в жены вас. Пытался побороть себя – не смог!
Анн а. Когда я вам гляжу в глаза, мне видится его убийца.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54

Разделы сайта


Поиск

Наши Друзья: